Отказ от прекращения огня без уступок: Путин рассматривает войну как главный рычаг давления, — NYT

Российский лидер Владимир Путин отверг предложения о прекращении войны без политических уступок.

Об этом сообщает The New York Times.

Издание отмечает, что Кремль продолжает придерживаться собственной стратегии, хотя Москва до сих пор не достигла заявленных целей.

Издание отмечает, что Путин уже пятый год пытается силой заставить Украину капитулировать, тогда как Трамп после нескольких недель боевых действий против Ирана решил сделать ставку на прекращение огня и переговоры.

Несмотря на разницу в масштабах и характере конфликтов, обе войны, по мнению авторов, демонстрируют ограниченность военной силы как инструмента достижения политических целей.

Как пишет NYT со ссылкой на источники, близкие к Кремлю, российский президент рассматривает войну как главный инструмент давления на Украину и Запад.

По словам собеседников издания, Путин считает, что прекращение боевых действий без предварительных уступок лишит его рычагов влияния.

В прошлом году администрация Трампа якобы предлагала Москве ослабление санкций и экономическое сотрудничество в обмен на прекращение огня, однако Кремль отказался, настаивая на устранении так называемых «первопричин войны» — в частности, на отказе Украины от вступления в НАТО и выполнении других территориальных и политических требований России.

В то же время в США часть экспертов считает, что Трамп слишком быстро отказался от военного давления на Иран. Бывший генерал Джек Кин заявил, что Вашингтон потерял рычаги влияния, согласившись на прекращение боевых действий.

«Я действительно думаю, что мы потеряли наш рычаг влияния, когда остановили кампанию. Я предпочёл бы вести переговоры, пока война продолжается, потому что именно тогда у нас есть преимущество. Разве это не то, как действует Путин?», — сказал он.

Впрочем, другие эксперты подчёркивают, что в отличие от российского президента, Трамп имеет больше возможностей менять собственную стратегию.

Бывший спецпредставитель США по вопросам Ирана Роберт Мэлли отметил, что заявленные цели американского президента неоднократно менялись, поэтому ему проще заявить о достижении результата.

В материале отмечается, что за годы войны Россия понесла огромные человеческие и экономические потери. По оценкам NYT, погибли от 350 до 450 тысяч российских военных, а экономика страны испытывает всё большее давление.

Несмотря на это, Путин продолжает демонстрировать готовность вести боевые действия и дальше.

В конце июня он заявил, что украинские удары по территории России не изменят его планов.

«Учитывая катастрофический дефицит личного состава Вооружённые силы Украины, очевидно, считают, что это может стать их спасением. Но спасение киевского режима не входит в наши планы», — заявил Путин.

По мнению авторов The New York Times, и война России против Украины, и конфликт вокруг Ирана продемонстрировали, что даже большие государства не могут легко достигать политических целей только военной силой.

При этом, если Путин продолжает придерживаться жёсткой линии, то Трамп, напротив, неоднократно менял свои подходы — от призывов уничтожить иранские ракеты до заявлений о том, что «было бы немного несправедливо» лишать Иран баллистических ракет, если другие страны их имеют.

По мнению NYT, именно это различие в подходах стало одним из главных отличий между двумя лидерами, которые сейчас оказались в сложной политической ситуации, не достигнув поставленных целей.

Ранее президент Владимир Зеленский заявил, что удары Украины по российской топливной инфраструктуре уже дали ощутимый результат. По его словам, страна, которая десятилетиями зарабатывала на экспорте нефти и топлива, теперь сама вынуждена искать возможности для импорта энергоносителей.

Российский диктатор Владимир Путин поддержал идею создания сети небольших нефтеперерабатывающих заводов в стране, чтобы увеличить поставки топлива на внутренний рынок.